Анорексия это википедия – что это такое, симптомы, признаки, лечение, фото, стадии, виды, отзывы, врачи, видео

Содержание

анорексия — Викисловарь

Wikipedia-logo.png В Википедии есть страница «анорексия».

Содержание

  • 1 Русский
    • 1.1 Морфологические и синтаксические свойства
    • 1.2 Произношение
    • 1.3 Семантические свойства
      • 1.3.1 Значение
      • 1.3.2 Синонимы
      • 1.3.3 Антонимы
      • 1.3.4 Гиперонимы
      • 1.3.5 Гипонимы
    • 1.4 Родственные слова
    • 1.5 Этимология
    • 1.6 Фразеологизмы и устойчивые сочетания
    • 1.7 Перевод
    • 1.8 Библиография
Wikipedia-logo.png В Викиданных есть лексема анорексия (L86746).

Морфологические и синтаксические свойства[править]

падеж ед. ч. мн. ч.
Им. анорекси́я анорекси́и
Р. анорекси́и анорекси́й
Д. анорекси́и анорекси́ям
В. анорекси́ю анорекси́и
Тв. анорекси́ей
анорекси́ею
анорекси́ями
Пр. анорекси́и анорекси́ях

а·но-рек-си́·я

Существительное, неодушевлённое, женский род, 1-е склонение (тип склонения 7a по классификации А. А. Зализняка).

Корень: -анорекс-; суффикс: -иj; окончание: .

Произношение[править]

  • МФА: [ɐnərɛˈksʲiɪ̯ə]

Семантические свойства[править]

Значение[править]
  1. мед. утрата естественного чувства голода ◆ Отсутствует пример употребления (см. рекомендации).
Синонимы[править]
Антонимы[править]
Гиперонимы[править]
Гипонимы[править]

Родственные слова[править]

Ближайшее родство
  • существительные: аноректик
  • прилагательные: анорексический, анорексичный; анорексигенный

Этимология[править]

Происходит от др.-греч. ἀ- «не, без» + ὄρεξις «сильное желание, стремление, жажда».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания[править]

  • нервная анорексия

Перевод[править]

Список переводов
  • Английскийen: anorexia, abepithymia
  • Греческийel: ανορεξία
  • Испанскийes: anorexia
  • Итальянскийit: anoressia
  • Китайский (упрощ.): 厌食
  • Немецкийde: Appetitlosigkeit, Eßstörungen
  • Нидерландскийnl: anorexia
  • Украинскийuk: анорексія
  • Финскийfi: anoreksia
  • Французскийfr: anorexie

Библиография[править]

  • Новые слова и значения. Словарь-справочник по материалам прессы и литературы 80-х годов / Под ред. Е. А. Левашова. — СПб. : Дмитрий Буланин, 1997.
Interrobang.svg Для улучшения этой статьи желательно:

  • Добавить пример словоупотребления для значения с помощью {{пример}}
  • Добавить синонимы в секцию «Семантические свойства»
  • Добавить гиперонимы в секцию «Семантические свойства»

Дранкорексия — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 23 мая 2018; проверки требует 1 правка. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 23 мая 2018; проверки требует 1 правка.

Дранкорексия (англ. drunkorexia от англ. англ. drunk — «опьяненный» и др.-греч. ὄρεξις — «позыв к еде, аппетит») — это расстройство пищевого поведения, характеризующееся переходом человека на так называемую алкогольную диету, когда прием пищи заменяется приемом алкоголя с целью преднамеренного снижения веса или контроля над ним. Часто сопровождается патологическим страхом набора веса и депрессией. Не является на данный момент официально признанным психическим расстройством.

В начале 21-го века ученые, исследовавшие анорексию и булимию, начали замечать набирающую обороты среди подростков склонность к аналогичной «алкогольной диете»[1].

Согласно публикации в «The Times of India» Виктория Осборн, профессор в сфере социальных проблем и здравоохранения, изучила связь между злоупотреблением алкоголя и расстройством питания, включая ограничение калорий и очистку, и заключила, что

[2]:

«16 % подростков ограничивают употребление калорий, чтобы „сохранить“ место для выпивки. Среди девушек такой тип поведения встречается в три раза чаще, чем среди юношей, а основная мотивация — экономия денег на еде, чтобы остались средства на алкоголь».

Виктория Осборн (Victoria Osborne)

Оригинальный текст (англ.)

Victoria Osborne, assistant professor of social work and public health, examined the relationship between alcohol misuse and disordered eating, including calorie restriction and purging. Researchers found that 16 percent of those surveyed reported restricting calories to «save them» for drinking. Of the respondents, about three times as many women reported engaging in the behavior than men. Motivations for «drunkorexia» include preventing weight gain, getting intoxicated faster and saving money that would be spent on food to buy alcohol.
[3]

Среди участников исследования данное поведенческое расстройство было присуще в большей степени женщинам, чем мужчинам. Особое распространение расстройство получило среди девушек-подростков. Основным мотивом для «дранкорексии» служит стремление не набрать лишний вес, быстрее опьянеть и сэкономить деньги, которые должны были быть потрачены на еду, но взамен был куплен лишь алкоголь

[4].

Замена еды алкоголем прежде всего приводит к алкогольной зависимости, так как хроническое чувство голода побуждает человека увеличивать дозу спиртного. В результате состояние опьянения наступает гораздо быстрее, а его последствия намного серьёзнее. Согласно сведениям В.Осборн, «дранкорексия» может иметь опасные последствия для умственного, поведенческого и физического здоровья человека. Последствия дранкорексии для организма объединяют в себе урон, наносимый организму алкоголизмом и анорексией. Вследствие непоступления в организм питательных веществ замедляется обмен веществ, снижается иммунитет, возрастает риск заболеваний сердечно-сосудистой системы и ЖКТ. Если своевременно не начать лечение, возможно появление серьёзных нарушений памяти и мышления.

«Отдельно друг от друга, лишение мозга требуемого питания и употребление алкоголя в больших количествах могут быть в равной степени опасны для здоровья. Вместе, они могут вызвать краткосрочные и долгосрочные проблемы, связанные с умственной деятельностью, включая трудности с концентрацией внимания, способность к обучаемости и принятию решения[4]»

Виктория Осборн, профессор Университета Миссури

Оригинальный текст (англ.)

«Apart from each other, depriving the brain of adequate nutrition and consuming large amounts of alcohol can be dangerous,» Osborne said. «Together, they can cause short- and long-term cognitive problems including difficulty concentrating, studying and making decisions.»
[3]

Со временем такой стиль жизни приводит к рискованному сексуальному поведению, и, следовательно, повышенному риску стать жертвой насилия или перейти к злоупотреблению наркотическими веществами. Социальный статус пациента также меняется в отрицательную сторону: становится сложнее поддерживать социальные контакты и эффективно взаимодействовать с другими людьми. Для предупреждения и борьбы с социальными последствиями дранкорексии (и алкоголизма) в США открыт ресурсный центр MU Wellness, задачей которого является обучение студентов, и предостережении их от неправильного питания и злоупотребления алкоголем

[4].

«Мы понимаем, что это настоящая проблема в университетском городке, и мы пытаемся решить её, адресуя наши призывы через научно-исследовательские и образовательные программы. Показатель чрезмерного употребления алкоголя среди наших студентов заметно снизился в течение последних лет, так что мы уверены в том, что наши меры предотвращения развития пагубной привычки действуют в правильном направлении».

Ким Дьюд (Kim Dude), директор Ресурсного центра Wellness

Оригинальный текст (англ.)

«We are aware that this is a problem on campus, and we’re working to address it through research and educational programs,» said Kim Dude, director of the Wellness Resource Center. «The at-risk drinking rate among our students has declined in recent years, so we know our prevention efforts are headed in the right direction.»
[3]

Методы избавления от дранкорексии объединяют в себе методы лечения анорексии и алкоголизма:

  • Постепенная смена рациона пациента на нормальное питание, включающееся в себя все необходимые питательные вещества, в количестве более четырёх раз в день небольшими порциями;
  • Процедуры, способствующие детоксикации организма[1].

Нервная анорексия — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Эта статья — о  психическом расстройстве. О симптоме или синдроме см. Анорексия.

Нервная анорекси́я (лат. anorexia nervosa) (от др.-греч. ἀν- — «без-», «не-» и ὄρεξις — «позыв к еде, аппетит») — расстройство приёма пищи, характеризующееся значительно сниженным весом тела, преднамеренно вызываемым и/или поддерживаемым самим пациентом, в целях похудения или для профилактики набора лишнего веса[1][2][3][4]. Чаще всего встречается у девушек[5]. Многими специалистами признаётся разновидностью самоповреждения. При анорексии наблюдается патологическое желание потери веса, сопровождающееся сильным страхом ожирения. У больного наблюдается искажённое восприятие своей физической формы и присутствует беспокойство об увеличении веса, даже если такового в действительности не наблюдается[3][4].

Основные диагностические критерии нервной анорексии по МКБ-10 и DSM-5 схожи[1][2]. Однако имеются некоторые отличия. В частности, согласно критериям DSM-5, аменорея не входит в группу ведущих симптомов нервной анорексии[6].

Для скрининга нервной анорексии применяется Тест отношения к приёму пищи (ЕАТ-26), разработанный Институтом психиатрии Кларка университета Торонто[7][8].

Распространённость[ | ]

Чаще всего анорексией страдают молодые женщины и девочки. По приблизительным оценкам, хотя бы раз в жизни пострадали от проблем, связанных с анорексией от 0.9% до 4.3% женщин и от 0.2 % до 0.3 % мужчин[9].

Этиология[ | ]

Причины анорексии делятся на биологические (генетическая предрасположенность), психологические (влияние семьи и внутренние конфликты), а также социальные (влияние окружающей среды: ожидания, подражания, в частности диеты). Анорексию принято считать женским заболеванием, которое проявляется в подростковом возрасте[10].

Факторы риска[ | ]

  1. Генетические факторы. Анализ сцепления генов в пределах генома не обнаружил локусы для широкой диагностической категории нервной анорексии, однако анализ родословных как минимум одной пары родственников с ограничительным типом нервной анорексии определил сцепление с хромосомой 1р34 (Grice et al., 2002). Стремление к худобе и навязчивость наиболее тесно связаны с нервной анорексией, обусловливая новые генетические локусы на хромосомах 1 для смешанного показателя и 13 для стремления к худобе (Devlin et al., 2002). Исследования по изучению связей сфокусированы на изучении генов, имеющих отношение к специфическим нейрохимическим факторам пищевого поведения. Одним из таких кандидатов является НТR2A-ген серотонинового рецептора 5-НТ2А. Ген мозгового нейротрофического фактора (BDNF) также задействован как ген восприимчивости к нервной анорексии. Этот белок участвует в регулировании пищевого поведения на уровне гипоталамуса, в том числе и в регулировании уровня серотонина, снижение которого вызывает депрессию. Гене

Расстройства приёма пищи — Википедия

Расстро́йства приёма пи́щи (наруше́ния пищево́го поведе́ния) — класс психогенно обусловленных поведенческих синдромов, связанных с нарушениями в приёме пищи. В числе прочих, к расстройствам приёма пищи относят нервную анорексию, нервную булимию, психогенное переедание, а также ряд других расстройств. Нарушения пищевого поведения относятся к психическим расстройствам[3].

Под расстройствами приёма пищи понимают психологически обусловленные расстройства поведения, связанного с приёмом пищи. Это целая группа синдромов в МКБ-10 с сильно различающимся содержанием: от нервной анорексии, часто приводящей к смерти, до способного самопроизвольно прекратиться переедания.

К этой группе относится, в частности, переедание, приводящее к появлению лишнего веса и являющееся реакцией на дистресс. Такая «реактивная тучность» может следовать за утратой близких, несчастными случаями, хирургическими операциями и эмоциональным дистрессом, особенно у лиц, предрасположенных к полноте.

Лишний вес как причина, но не следствие психологических нарушений не относится к расстройствам приёма пищи, хотя он может обусловливать чувствительность индивидуума относительно его внешнего вида и способствовать потере уверенности в межличностных связях, а субъективная оценка размера тела может быть преувеличенной. Лишний вес как причина психологических нарушений относится к таким группам МКБ-10, как F38 («Другие расстройства настроения»), F41.2 («Смешанное тревожное и депрессивное расстройство») или F48.9 («Невротическое расстройство неуточнённое») в сочетании с одним из кодов группы E66 («Ожирение») для указания типа ожирения.

Лишний вес как проявление побочного эффекта долгосрочной терапии нейролептиками (см. Метаболический синдром и антипсихотики), антидепрессантами или другими препаратами также не относится к этой группе. Он классифицируется как E66.1 («Ожирение, вызванное приёмом лекарственных средств») в сочетании с одним из диагнозов класса XX МКБ-10 (обозначающих внешние причины) для указания препарата.

Лишний вес может стать мотивацией к соблюдению диеты, что в свою очередь приводит к лёгким аффективным симптомам (тревога, беспокойство, слабость и раздражительность или, реже, к тяжёлым депрессивным симптомам («депрессия диеты»)), для этих симптомов используется соответствующий код из F30—F39 (расстройства настроения) или F40—F49 (невротические, связанные со стрессом и соматоформные расстройства) в сочетании с F50.8 (другие расстройства приёма пищи) для указания диеты и E66 (ожирение) для указания на тип ожирения[3].

Классификация расстройств приёма пищи[править | править код]

МКБ-10[править | править код]

Согласно МКБ-10 выделяется несколько видов расстройств приёма пищи:[3]

Нервная анорексия[править | править код]

Нервная анорексия (F50.050.0) представляет собой расстройство, характеризующееся преднамеренным снижением веса, вызываемым и/или поддерживаемым самим пациентом. Кроме того, выделяют атипичную нервную анорексию (F50.150.1), когда отсутствуют один или более из ключевых признаков нервной анорексии, такие как аменорея или значительная потеря веса, но в остальном клиническая картина является достаточно типичной.

Нервная булимия[править | править код]

Нервная булимия (F50.250.2) представляет собой расстройство, характеризующееся повторяющимися приступами переедания и чрезмерной озабоченностью контролированием веса тела, что приводит больного к принятию крайних мер для смягчения «полнящего» влияния съеденной пищи. Этот термин ограничивается той формой расстройства, которая связана с нервной анорексией, фактически разделяя с ней общие психопатологические признаки. Выделяют также атипичную нервную булимию (F50.350.3), когда отсутствуют один или более признаков из числа ключевых для нервной булимии, но в остальном клиническая картина достаточно типична. Чаще всего это относится к людям с нормальным или даже избыточным весом, но с типичными периодами переедания, сопровождающимися рвотой или приёмом слабительных средств.

Психогенное переедание[править | править код]

Переедание (F50.450.4), приводящее к появлению лишнего веса и являющееся реакцией на дистресс. Может следовать за утратой близких, несчастными случаями, хирургическими операциями и эмоциональным дистрессом, особенно у лиц, предрасположенных к полноте.

Психогенная рвота[править | править код]

Помимо вызываемой у себя рвоты при нервной булимии, повторяющаяся рвота может иметь место при диссоциативных расстройствах (F4444.), ипохондрическом расстройстве (F45.245.2), где она может быть одним из соматических симптомов, и при беременности, когда в происхождении тошноты и рвоты могут принимать участие эмоциональные факторы.

Другие расстройства приёма пищи[править | править код]
  • Поедание несъедобного неорганического происхождения у взрослых (F50.850.8)
  • Поедание несъедобного (извращённый аппетит) у взрослых (F50.850.8)
  • Психогенная утрата аппетита (F50.850.8)
  • Неуточнённые расстройства приёма пищи (F50.950.9)

Другие классификации[править | править код]

Расстройства приёма пищи не ограничиваются выделенными в МКБ-10 видами. Существует ряд других видов, о которых в науке пока не сложилось единого мнения, но которые тем не менее имеют собственные названия и обсуждаются в научной литературе:

  • Аллотриофагия — поедание несъедобных веществ. Больные часто проглатывают крайне опасные и острые предметы: стёкла, гвозди и т. п. В более мягкой форме расстройство наблюдается у беременных женщин как последствие эндоинтоксикации.
  • Диабулимия — расстройство пищевого поведения, при котором люди с диабетом первого типа сознательно вводят себе меньшую дозу инсулина, чем им необходимо, или вообще прекращают принимать инсулин с целью снижения веса.
  • Дранкорексия — это расстройство пищевого поведения, характеризующееся переходом человека на так называемую «алкогольную диету», когда прием пищи заменяется приемом алкоголя с целью преднамеренного снижения веса или контроля над ним.
  • Нервная орторексия — это навязчивое желание правильно питаться, есть только здоровую пищу.
  • Обсессивно-компульсивное переедание — переедание, связанное с обсессивно-компульсивным расстройством и являющееся компульсивным ритуалом в его рамках.
  • Расстройство избирательного питания — это отказ от приёма в пищу конкретных продуктов, перерастающий в использование только ограниченного списка продуктов и нежелание пробовать новые виды пищи. Принципы выбора продуктов могут быть любыми: от их цвета до видовой принадлежности.
  • Прегорексия — расстройство пищевого поведения у беременных. Слабо изученное явление. Информации по нему мало, и она не систематизирована. Для прегорексии характерны: намеренный отказ от приема пищи с целью сохранения стройности фигуры, неадекватное поведение беременных женщин, стремление скрывать живот и не поправляться, увлечение изнуряющими упражнениями. Важно вовремя распознать прегорексию, так как она может нанести непоправимый вред ребёнку[4].

Физиологические[править | править код]

Существуют гипотезы, объясняющие появление расстройств приёма пищи физиологическими причинами, в том числе проблемами метаболизма. Физиологические гипотезы предполагают, что первичные гипоталамические и/или супрагипоталамические нарушения приводят к гормональному дисбалансу на уровне нейромедиаторов. Так например, многие исследователи связывают возникновение нервной анорексии и нервной булимии с нарушением захвата серотонина[5], а также с отклонением в функционировании периферийных механизмов насыщения[6]. Подобные причины можно предположить и для расстройств приёма пищи. Проблема этой гипотезы в том, что далеко не у всех людей, страдающих нарушением метаболизма, развиваются расстройства приёма пищи. Именно на этом основаны представления о ведущей роли психологической составляющей в данных расстройствах.

Эмоциональные[править | править код]

Есть гипотезы, трактующие расстройства приёма пищи как варианты аффективных расстройств, однако, хотя эмоциональный компонент часто сопровождает расстройства питания, в чистом виде эти гипотезы также представляются сомнительными, так как многие аффективные расстройства проходят без нарушения в сфере питания[7].

Социальные[править | править код]

Одной из гипотез распространения расстройств приёма пищи является огромное влияние общества на нормы и ценности индивида. Последние десятилетия наше общество предпочитает худобу. В сознании людей прочно закреплён стереотип о том, что быть худым — значит быть успешным, здоровым, привлекательным, дисциплинированным и прочее. Полнота ассоциируется с непривлекательностью, ленью, некомпетентностью[8]. Существует мнение, что увеличение количества пищевых расстройств за последние 40-50 лет связанно со все большим распространением в обществе идеала худобы. Это мнение основывается на излишней обеспокоенности пациентов с нервной булимией и нервной анорексией своим весом и телом.

Из «социальной» гипотезы вытекает предположение, что именно из-за принятых в обществе ролей и стереотипов, расстройствами приёма пищи страдают в основном женщины, тогда как мужчины склонны к трудоголизму[9]. Приоритеты в обществе таковы, что женщина должна быть привлекательна внешне для успешного взаимодействия с мужским полом, тогда как мужчина должен быть прежде всего реализован социально, в обществе и на работе. Оба этих заболевания можно расценивать как гиперболизацию принятых в социуме ценностей.

Проблема «социальной» гипотезы та же что и у «физиологической» — практически каждому человеку свойственно беспокоиться о своем внешнем виде, но далеко не каждый человек заболевает расстройствами приёма пищи. Наше общество в целом, и страдающие нервной булимией в частности, уделяют большое внимание внешней привлекательности. [источник не указан 98 дней] Социум склонен оценивать людей по их внешнему виду, не уделяя внимания внутреннему миру человека, если внешность оказалась непривлекательной. И это появилось не в последние десятилетия. [источник не указан 98 дней]

Личностные[править | править код]

Исследованию личностных особенностей людей, страдающих нарушением пищевого поведения, а также специфике их жизненной ситуации посвящено множество работ, основные результаты этих исследований приведены ниже. Однако необходимо принимать во внимание скудность печатных работ, посвящённых особенностям заболевания среди мужчин. Расстройства пищевого поведения существенно чаще встречаются у женщин (в сопоставлении с мужчинами как 6:1 — 10:1), что объясняется некоторыми исследователями как результат большей частоты раннего использования диет[10]. Таким образом, изучению мужской выборки, подверженной заболеваниям, связанным с нарушением пищевого поведения посвящено столь мало работ, что не представляется возможным составить картину особенности возникновения и протекания заболевания, и последующий обзор справедлив для женской части больных.

Многие исследователи подчеркивают особенности детской и семейной ситуации лиц, страдающих нарушением пищевого поведения. Женщины, страдающие булимией и анорексией, как правило, описывают отношения с обоими родителями негативно. Было обнаружено, что пациентки с расстройствами приёма пищи в большинстве случаев описывают низкий уровень родительской заботы. Отцы, как правило, описываются как эмоционально сдержанные и отвергающие. Матери описываются как доминирующие, сверхопекающие и склонные к перфекционизму. Было так же обнаружено, что в детстве пациентки получали от родителей двойные послания о своем отношении к дочери: их одновременно поддерживали и подрывали их уверенность в себе. В результате такого взаимодействия у девочек появлялось чувство «раздвоения», несоответствия ожиданиям родителей. Кроме того, в исследованиях было показано, что женщины, страдающие расстройствами приёма пищи, реагировали на предполагаемое отделение от близких очень бурно, даже неадекватно, по сравнению с людьми, не страдающими нарушением пищевого поведения[9].

В целом, картина обычно состоит из сверхконтролирующей, перфекционной матери, не поддерживающей попытки ребёнка к отделению; эмоционально отвергающего отца, и дочери, которая чувствует себя отвергаемой, контролируемой и неадекватной[9].

Исследования показывают, что одной из ведущих проблем отношений с родителями у пациенток с расстройствами приёма пищи является проблема отделения от семьи и становления независимости. Они описывают своих родителей как не поддерживающих попытки дочерей быть независимыми. Страдающие анорексией — склонны к зависимости от родителей. Стремление стать как можно более худой расценивается как попытка вернуться в детское, инфантильное состояние. Как правило, нервная анорексия является этапом булимической симптоматики, и оба заболевания как бы препятствуют становлению зрелой взрослой личности, возникая в свою очередь на почве опять же недостаточной личностной зрелости и независимости[11][12].

Вспоминая своё детство, пациенты с анорексией говорят о себе как об очень послушных, образцовых детях, старавшихся делать то, чего от них ожидали окружающие. Жизнь пациентки, страдающей анорексией, пронизана стремлением сделать всё так, чтобы окружающие это одобрили. Всегда присутствует тревога о том, что если что-то сделать не так, как этого ожидают другие, то шансы быть любимой и уважаемой очень малы. Многие взрослые испытывают подобные тревоги, но для пациентов с анорексией эти переживания определяют всю их жизнь. Нервная анорексия, таким образом, интерпретируется как способ оставаться зависимым ребёнком, лишая своё тело возможности приобретать взрослые очертания, а тем самым и ответственности, которая неизбежно приходит по мере взросления.

Родители больных анорексией часто описываются как крайне требовательные, с одной стороны стремясь иметь идеального ребёнка, с другой — не оказывая ему достаточной поддержки и не выражая любви и привязанности. Ребёнок не чувствует любви к себе как к личности. Он видит, что за какие-то достижения его хвалят и поощряют, однако никакая успешность не приводит к формированию стабильной самооценки и контакта с родителями. Анорексия позволяет привлечь к себе внимание, доказать себе свою силу и способность контролировать свою жизнь[13]. Таким образом, женщины, у которых в детстве имели место конфликты, касающиеся взросления, сепарации, сексуальности, самооценки [14] и трудностей в регуляции психического напряжения, возможно, более предрасположены к развитию пищевых нарушений.

Для пациенток, страдающих булимией, также крайне актуальной является тема зависимости от положительной оценки окружающих. Для стабилизации собственной самооценки, страдающим булимией необходимо быть уверенными в одобрении окружающих. Они стараются вести себя так, чтобы соответствовать ожиданиям людей вокруг них, собственные желания подавляются, отходят на второе место, первое же прочно занимает желание сделать счастливыми окружающих. Они думают, что для того, чтобы быть любимыми, им надо быть совершенными. Один из аспектов совершенства — это худоба. Им трудно принимать себя не такими, как ожидается, и это затрудняет их адекватное самовосприятие и взаимоотношения. Так как пациенты с булимией хотят нравиться окружающим, они предпочитают скрывать свои эмоции; выразить злость означает обидеть кого-нибудь, не понравиться ему. Поэтому они делают много того, чего не хотели бы делать, отсюда низкий уровень самовыражения. Такое поведение, вероятно, уходит корнями в раннее детство.[8]

Таким образом, ещё одной характерной чертой больных, страдающих нарушением пищевого поведения, является стремление к перфекционизму. Недостаточно тёплые отношения с родителями и проблемы с отделением от них приводят к неустойчивости самооценки и трудностям при формировании зрелой, взрослой личности. Отсюда склонность к перфекционизму, зависимость от одобрения окружающих. Часто пациентки с расстройствами приёма пищи описывают себя как неудачниц, делающих все «недостаточно хорошо». Даже много работая или учась, они никогда не бывают довольны собой в достаточной для удовлетворения сделанным степени, уверены в собственной ценности и значимости. Желание быть совершенными идёт из недостаточного сформированного и независимого образа себя. Невозможность быть лучшей во всех сферах жизни вызывает у пациенток с расстройствами приёма пищи страх и тревогу, и единственной ареной, на которой возможны реальные изменения — это тело. Контролируя свой вес, пациентка с расстройством приёма пищи поддерживает своё ощущение контроля над собственной жизнью, успешности.

У больных булимией желание совершенства принимает иное направление, когда дело касается еды — если я не могу быть хороша в сфере поддержания диеты, то пусть я буду отвратительна. Именно в силу перфекционизма больных с нарушением пищевого поведения способ коррекции веса через диету так мало эффективен в большинстве случаев: как правило, долго продержаться на диете не удаётся и сбой в режиме принятия пищи приводит к усилению чувства вины и дискомфорта, которые устраняются только с помощью еды, отчего круг «еда — вина — еда» замыкается[15].

Еда снимает стресс — на время. Чем дольше длится переедание (или уже булимией), тем короче становятся периоды спокойствия после еды. Таким образом, еда становится регулятором настроения больного.

В исследовании было показано, что у многих пациенток, страдающих нарушением пищевого поведения в течение жизни происходили тяжелые потери, травмы, в отношении которых у 64 % женщин сохранялась неразрешённость ситуации[9].

В психоаналитической концепции расстройства приёма пищи рассматриваются как оральный регресс, процесс принятия пищи интерпретируется как возвращение к состоянию спокойствия и тепла возле матери. Большинство пациенток описывают процесс еды как «ощущение первичной гармонии», состояние спокойствия, блаженства — сродни состоянию младенца после насыщения молоком кормящей его матери. Таким образом принятие пищи интерпретируется как своеобразное возвращение к сосанию материнской груди. Еда рассматривается как оральный способ компенсации. По наблюдениям клиницистов, большинство пациенток с нарушением пищевого поведения либо были рано отняты от груди, либо имели другие проблемы грудного вскармливания[15].

Оральная фиксация, с точки зрения психоанализа, имеет отношение к формированию различных личностных структур, в особенности гипоманиакальной и истерической[16]. Изучение этой сферы нарушения пищевого поведения необходимо для выявления предрасположенности к расстройствам аппетита.

Когнитивная парадигма также признает роль детской ситуации в развитии нарушения пищевого поведения, однако фокус исследований в данном контексте направлен на установление специфики когнитивного уровня больных расстройствами приёма пищи. Когнитивные нарушения признаны одним из главных аспектов нарушения пищевого поведения. Нервная анорексия описывалась как «неустанное желание худобы», а Нервная булимия — как «постоянный страх полноты». Когнитивные нарушения, касающиеся формы и веса тела, являются патогномоничными для нарушения пищевого поведения. По-видимому, это неполное объяснение, так как в некоторых культурах полнота, наоборот, не страшит, а считается признаком благополучия, достатка, плодородия и здоровья. Примером служит скульптура «Венера Виллендорфская», датированная 22000 до н. э. (возможно, самая ранняя известная иллюстрация ожирения).

Расстройство приёма пищи представляет собой комплексную проблему, сочетающую как чисто психологический, так и чисто физиологический факторы. Физиологический фактор — это проблемы, связанные с неправильным питанием: нарушение обмена веществ, повышенная нагрузка на организм, истощение и др. Психологический фактор — это, с одной стороны, тяжёлые эмоциональные переживания больного, а с другой — проблемы с социализацией и контролем поведения. Поэтому психогенное переедание зачастую требует одновременной работы с обоими факторами путём обращения как к психологу/психиатру, так и к диетологу/врачу. В частности, при лечении расстройств приёма пищи эффективны когнитивная психотерапия[17] и психоанализ[18]. Известно, что когнитивно-поведенческая психотерапия при расстройствах приёма пищи более эффективна, чем медикаменты или другие методы психотерапии[19]. В основе когнитивной психотерапии при расстройствах приёма пищи лежит изменение дисфункциональных убеждений пациента о еде, массе тела и себе самом, особенно в отношении образа тела и собственной значимости[20]

  1. ↑ Disease Ontology release 2019-05-13 — 2019-05-13 — 2019.
  2. 1 2 Monarch Disease Ontology release 2018-06-29sonu — 2018-06-29 — 2018.
  3. 1 2 3 МКБ-10, «F50. Расстройства приёма пищи».
  4. ↑ Прегорексия. Анорексия и беременность.
  5. Гинзбург М. М., Крюков Н. Н. Ожирение. — Москва, 2002.
  6. Walsh Timothy B., Devlin Michael J. Eating Disorders: Progress and Problems Science. — 29 May 1998. — № 280. — С. 1387—1390. DOI:10.1126/science.280.5368.1387
  7. Davis R, Freeman R, Solyom L. Mood and food: an analysis of bulimic episodes // Psychiatr Res. — 1985. — № 19(2-3). — С. 331-5.
  8. 1 2 Somatic approaches for treating eating disorders: towards filling the empty space. — Нью-Йорк: Basic books, 1997.
  9. 1 2 3 4 Dozier M., K. Chase Stoval, Kathleen E. Albus. Attachment and Psychopathology in adulthood. — 1998.
  10. Richardson P., Kachele H., Rendlund C. Research on psychoanalityc psychotherapy with adults. — Лондон: Karnac, 2003.
  11. Холодная М. А. Когнитивные стили. О природе индивидуального ума. — Москва: Perse, 2002.
  12. Kreipe Richard E., Mou Susan M. Eating disorders in adolescents and young adults // Obstetrics and Gynecology Clinics. — 2000. — Т. 27, № 1.
  13. ↑ Anorexia — a lonely starvation. — American Anorexia Nervosa Association, 1999.
  14. Abraham S.F., Beumont P.J. How patients describe bulimia or binge eating // Psychol Med. — 1982. — № 12(3). — С. 625-35.
  15. 1 2 Fairburn Christopher G. Eating disorders, cognitive behaviour therapy. — 1995.
  16. Мак-Вильямс, Нэнси. Психоаналитическая диагностика: Понимание структуры личности в клиническом процессе = Psychoanalytic diagnosis: Understanding personality structure in the clinical process. — Москва: Класс, 1998. — 480 с. — ISBN 5-86375-098-7.
  17. Бек А. Т. Предисловие // Бек Дж. С. Когнитивная терапия: полное руководство = Cognitive Therapy: Basics and Beyond. — М. : ООО «И.Д. Вильямс», 2006. — 400 с. — ISBN 5-8459-1053-6.
  18. PETER FONAGY, FELICITAS ROST, JO-ANNE CARLYLE, SUSAN MCPHERSON, RACHEL THOMAS, R.M. PASCO FEARON, DAVID GOLDBERG, DAVID TAYLOR. [http://onlinelibrary.wiley.com/store/10.1002/wps.20267/asset/wps20267.pdf?v=1&t=jc05oz8n&s=a611deaf2c8a292c2346f9ca22c531093f0e623a Pragmatic randomized controlled trial of long-term psychoanalytic psychotherapy for treatment-resistant depression: the Tavistock Adult Depression Study (TADS)] (англ.) // World Psychiatry. — 2015. — № 14. — С. 312–321. — DOI:10.1002/wps.20267.
  19. Бернс Дэвид Д. Терапия настроения. Клинически доказанный способ победить депрессию без таблеток. — Альпина Диджитал, 2019. — 580 с. — ISBN 978-5-9614-2328-0.
  20. Бек Дж. С. Когнитивная терапия: полное руководство = Cognitive Therapy: Basics and Beyond. — М. : ООО «И.Д. Вильямс», 2006. — 400 с. — ISBN 5-8459-1053-6.
  • Авдеева Н. Н. Привязанность ребёнка к матери и образ себя в раннем детстве // Вопросы психологии. — 1997. — № 4. — С. 3-12.
  • Авдеева Н. Н., Хаймовская Н. А. Зависимость типа привязанности ребёнка ко взрослому от особенностей их взаимодействия (в семье и в доме ребёнка) // Психологический журнал. — 1999. — Т. 20, № 1. — С. 39-48.
  • Алешина Ю. Е., Борисов И. Ю. Полоролевая дифференциация как комплексный показатель межличностных отношений супругов // Вестник МГУ, серия 14: психология. — 1984. — Т. 20, № 1. — С. 44-53.
  • Боулби Д. Привязанность. — Гардарика, 2003.
  • Гинзбург М. М., Крюков Н. Н. Ожирение. — Москва, 2002.
  • Дворянчиков Н. В. Ениколопов С. Н. Концепции и перспективы исследования пола в клинической психологии // Журнал практической психологии и психоанализа. — 2002. — № 2.
  • Дорожевец А. Н., Соколова Е. Т. Исследования образа тела в зарубежной психологии // Вестник МГУ, серия 14: психология. — 1985. — № 4. — С. 39-49.
  • Дорожевец А. Н. Искажение образа физического Я у больных ожирением и нервной анорексией (рус.) : диссертация. — МГУ, 1986.
  • Клиническое руководство по психическим расстройствам / Под ред. Д. Барлоу. Перевод с английского под ред. профессора Э.Г. Эйдемиллера. — 3-е изд. — Санкт-Петербург: Питер, 2008. — 912 с. — ISBN 978-5-94723-046-8.
  • Попов Ю. В., Вид В. Д. Современная клиническая психиатрия. — Москва: Экспертное бюро, 1997.
  • Соколова Е. Т. Самосознание и самооценка при аномалиях личности. — Москва: издательство МГУ, 1989.
  • Томэ Х., Кэхеле Х. Современный психоанализ. — Москва: Прогресс, 1996.
  • Фрейд, Зигмунд. Очерки о психологии сексуальности. — Минск: Попурри, 2003.
  • Холодная М. А. Когнитивные стили. О природе индивидуального ума. — Москва: Perse, 2002.
  • Abraham S.F., Beumont P.J. How patients describe bulimia or binge eating // Psychol Med. — 1982. — № 12(3). — С. 625-35.
  • Anorexia — a lonely starvation. — American Anorexia Nervosa Association, 1999.
  • Bushnell JA, Wells JE, Hornblow AR, Oakley-Browne MA, Joyce P. Prevalence of three bulimia syndromes in the general population // Psychol Med. — 1990. — № 20. — С. 671-80.
  • Cattanach L.M., Malley R., Rodin J. Psychologic and physiologic reactivity to stressors in eating disordered individuals. — Psychosom Med, 1988. — № 50. — С. 591-9.
  • Cattanach L.M., Rodin J. Psychosocial components of the stress process in bulimia // Int J Eat Disord. — 1988. — № 7. — С. 75-88.
  • Davis R, Freeman R, Solyom L. Mood and food: an analysis of bulimic episodes // Psychiatr Res. — 1985. — № 19(2-3). — С. 331-5.
  • Eating disorders. Apa practice guidelines // American Journal of Psychiatry. — 1993.
  • Fairburn Christopher G. Eating disorders, cognitive behaviour therapy. — 1995..
  • Harvey J., Schwartz M. D. Bulimia — psychoanalytic treatment and theory. — International Universities Press, Inc., 1998.
  • Johnson C, Larson R. Bulimia: an analysis of moods and behavior // Psychosom Med. — 1982. — № 44(4). — С. 341-51.
  • Kendler, MacLean, Neal, Kessler, Heath, Eaves. The genetic epidemiology of bulimia nervosa // American Journal of Psychiatry. — 1991.
  • Kent J.S., Clopton J.R. Bulimia: a comparison of psychological adjustment and familial characteristics in a nonclinical sample // Journal of Clinical Psychology. — 1988. — № 44. — С. 964-71.
  • Koo-Loeb Jeannie H., Costello Nancy. Women With Eating Disorder Tendencies Display Altered Cardiovascular, Neuroendocrine, and Psychosocial Profiles.
  • Kreipe Richard E., Mou Susan M. Eating disorders in adolescents and young adults // Obstetrics and Gynecology Clinics. — 2000. — Т. 27, № 1.
  • Lukas, Beard, O’Fallon, Kurlan. 50-year trends in the incidence of anorexia nervosa in Rochester, Minn; A population based study // American Journal of Psychiatry. — 1991.
  • Mitchell J.E., Hatsukami D., Eckert E.D., Pyle R.L. Links Characteristics of 275 patients with bulimia. Related Articles // American Journal of Psychiatry. — 1985. — № 142(4). — С. 482-5.
  • Ordman A.M., Kirschenbaum D.S. Bulimia: assessment of eating, psychological adjustment, and familial characteristics // Int Journal of Eating Disorders. — 1986. — № 5. — С. 865-78.
  • Patton G.C., Selzer R., Coffey C., Carlin J.B., Wolfe R. Onset of adolescent eating disorders. Population based cohort study over 3 years // BMJ. — 1999. — Т. 318. — С. 765—768.
  • Somatic approaches for treating eating disorders: towards filling the empty space. — Нью-Йорк: Basic books, 1997.
  • Troop N.A., Holbrey A., Trowler R., Treasure J.L. Ways of coping in women with eating disorders // J Nerv Ment Dis. — 1994. — № 182. — С. 535-40.
  • Walsh Timothy B., Devlin Michael J. Eating Disorders: Progress and Problems Science. — 29 May 1998. — № 280. — С. 1387—1390. DOI:10.1126/science.280.5368.1387
  • Yanovski S.Z., Nelson J.E., Dubbert B.K., Spitzer R.L. Association of binge eating disorder and psychiatric comorbidity in obese subjects // American Journal of Psychiatry. — 1993. — № 150. — С. 1472-1479.

Тест отношения к приёму пищи — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Тест отношения к приему пищи (англ. Eating Attitudes Test; ЕАТ) — тест, разработанный Институтом психиатрии Кларка университета Торонто в 1979 году[1].

Первоначально шкала предназначалась для скрининга нервной анорексии и состояла из 40 вопросов. В 1982 году разработчики модифицировали её и создали шкалу ЕАТ-26, состоящую из 26 вопросов[2]. Шкала ЕАТ-26 показала высокую степень корреляции с первоначальным вариантом. Впоследствии шкала ЕАТ-26 стала широко применяться при скрининге как нервной анорексии, так и нервной булимии.

Переведенный и адаптированный на несколько языков, ЕАТ-26 является в настоящее время самым распространённым инструментом исследований расстройств пищевого поведения.[3][4] Однако, исследования по EAT-26 также показали, что обследуемые, отвечая на вопросы теста в присутствии других людей и находясь в клинических условия, дают ответы отличные от тех, которые они же давали, отвечая на тест, высланный по почте. Разница в ответах была связана со стремлением обследуемых угодить общественным ожиданиям.[5]

Тест ЕАТ-26 защищен авторским правом, однако на официальном сайте «EAT-26 Self-Test» имеется свободный доступ для использования теста, и за разрешение на его использование не взимается роялти[6].

Тест ЕАТ-26 состоит из 26 основных и 5 дополнительных вопросов. Отвечая на 26 основных вопросов шкалы, обследуемый отмечает степень выраженности различных симптомов по шкале Ликерта, выбирая один из следующих ответов: «никогда», «редко», «иногда», «довольно часто», «как правило» или «всегда». При ответе на 5 дополнительных вопросов обследуемый выбирает один из двух вариантов ответа — «да» или «нет». Перед началом процедуры обследуемого необходимо ознакомить с методикой работы со шкалой. Шкала заполняется самим обследуемым, и в её заполнении специалист не участвует. По результатам ответов на все 26 основных вопросов определяется суммарный бал

Все вопросы теста, за исключением 26-го, оцениваются следующим образом: «всегда» — 3; «как правило» — 2; «довольно часто» — 1; «иногда» — 0; «редко» — 0; «никогда» — 0. 26-й вопрос оценивается следующим образом: «всегда» — 0; «как правило» — 0; «довольно часто» — 0; «иногда» — 1; «редко» — 2; «никогда» — 3.

Если суммарный балл шкалы превышает значение 20, есть высокая вероятность расстройства пищевого поведения. Тем не менее, тест ЕАТ-26 не является самостоятельным диагностическим инструментом, а используется для скрининга и предварительной оценки.

  1. ↑ Garner, D.M., & Garfinkel P. E. (1979). The eating attitudes test: An index of the symptoms of anorexia nervosa. Psychological Medicine, 9, 273—279 PMID 9636944.
  2. ↑ Garner et al. (1982). The eating attitudes test: Psychometric features and clinical correlates. Psychological Medicine, 12, 871—878. PMID 6961471
  3. ↑ Mintz L. B., O’Halloran M. S. The Eating Attitudes Test: validation with DSM-IV eating disorder criteria. J Pers Assess. 2000 Jun;74(3):489-503.
  4. ↑ Alvarez-Rayón, G.; Mancilla-Díaz, J. M.; Vázquez-Arévalo, R.; Unikel-Santoncini, C.; Caballero-Romo, A.; Mercado-Corona, D. (2013-07-26). «Validity of the Eating Attitudes Test: A study of Mexican eating disorders patients». Eating and Weight Disorders — Studies on Anorexia, Bulimia and Obesity. 9 (4): 243–248. doi:10.1007/BF03325077. ISSN 1124-4909
  5. ↑ Bowling A (2005). «Mode of questionnaire administration can have serious effects on data quality». Journal of Public Health. 27 (3): 281–91. doi:10.1093/pubmed/fdi031. PMID 15870099
  6. ↑ EAT-26 Self-Test: Permission Архивная копия от 12 июня 2011 на Wayback Machine (англ.)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *